Маргиналы в творчестве М.А. Булгакова
Страница 4
Материалы и статьи » Маргиналы и маргинальность » Маргиналы в творчестве М.А. Булгакова

Коллективизация не только поставила крестьян в зависимое положение, но и открыла дорогу массовому перемещению крестьян в города для нужд индустриализации. Индустриализация проводилась полувоенными методами. На “большие стройки” направлялись огромные массы людей, которые жили и работали в крайне тяжелых, походных условиях. Все это были громадные перетряски общества, выбивавшие людей из привычных условий существования, из их социокультурных корней. Достаточно сказать, что если к началу 30-х годов в деревне проживало более 80% населения (и еще 10% — в небольших городах, близких к деревенскому образу жизни), то через какие-нибудь 30 лет соотношение кардинально изменилось — сельских жителей осталось лишь 40% против 60% городских, причем большинство последних жило в достаточно крупных городах.

К этому можно прибавить еще массовые репрессии в сталинский период, перемещение миллионов людей в концентрационные лагеря, дававшие государству практически даровую рабскую силу. Короче говоря, коммунизм в небывалых размерах расширил масштабы социально-культурного обескоренения в России. Создалось, по выражению американского историка М. Левина, “песчаноподобное общество” (“quicksand society”) — “целая нация становилась как бы деклассированной, одни опускались вниз, другие — наверх”.

Но люмпенизация общества достигалась не только макросоциальными перемещениями. Ту же цель преследовала культурная политика. Ее основная направленность состояла в уничтожении предшествующих культурных традиций — как национальных, так и мировых. Было предпринято жестокое наступление на религию. Отменялись религиозные праздники, священники арестовывались, церкви разрушались. В 1917г. в России было 78 тысяч только православных церквей (не считая католических церквей, синагог, мечетей). Через четверть века осталось меньше 100 церквей.

Нравственность заменялась теорией классовой борьбы. Хорошо и правильно было только то, что служило делу социализма и одобрялось властями.

Аналогичным образом обстояло дело в интеллектуальной и научной сфере. Марксизм объявлялся Единственно Верным Учением. Все остальное рассматривалось либо как небольшие ступеньки на пути к вершине Абсолютной Истины, либо как безусловные ложь и заблуждение, уводящие в сторону и потому достойные лишь вычеркивания из человеческой памяти. Под этим флагом развертывались беспрерывные кампании против “буржуазных” течений в философии, исторической науке, лингвистике и др. Запрещались целые отрасли научного знания — генетика, кибернетика, социология, психоанализ. Накладывалось табу на многие творения мировой и национальной художественной литературы. Этот сознательный курс на культурную изоляцию был призван формировать “нового человека”, то есть действительно не связанного с общечеловеческими традициями.

Не менее энергично коммунистическая власть стремилась выбить почву из-под ног человека в семье. Сначала, в 20-х годах, была предпринята попытка разрушить семью через проповедь “свободной любви” и отрицания значения брака. Затем от этого отказались и провозгласили необходимость жесткого сохранения формальных семейных устоев — вплоть до затруднения развода и уголовного преследования за совершение аборта. Зато семья оказалась под бдительным контролем государства. Женам не только разрешалось, но и предписывалось доносить на мужей, детям — на отцов. Воспитание детей совершалось по большей части в государственных яслях и детских садах. Отдавать туда детей для многих семей было просто необходимостью: политика в области зарплаты была построена таким образом, что мужчина один не мог содержать семью и женщина также должна была работать.

Вообще, главное звено всех усилий режима по созданию общества “обескорененных” людей состояло в деиндивидуализации человека, привязывании его целиком и без остатка к государственной колеснице — экономически, политически и культурно. Создавалась система, в которой конкретная личность значила нечто, лишь будучи встроенной в ту или иную государственную ячейку. “Пиво выдается лишь членам профсоюза”, как гласил лозунг, который мы встречаем в книге популярных советских писателей сталинского времени Ильи Ильфа и Евгения Петрова. Другие писатели сравнивали советского человека с “винтиком” в механизме социалистического общества. Такой “винтик” не мог быть субъектом и творцом своей жизни по определению.

Но никакое общество не может строиться лишь на одних запретах и отрицании культурных традиций. Что же позитивного предложил коммунизм массовому человеку? Когда-то гениальный русский писатель Федор Достоевский в романс “Братья Карамазовы” создал образ Великого инквизитора — своего рода социалистического диктатора, который хочет привести людей к социальному благосостоянию ценой лишения их свободы. Великий инквизитор указывает три лозунга, которые увлекут за собой массы Чудо, Тайна и Авторитет. Большевики отвергали Достоевского и не интересовались им. Однако в своей политике они действовали (конечно, сами того не ведая) вполне по указанному рецепту.

Страницы: 1 2 3 4 5


Рекомендуем к прочтению:

Типология общественных организаций
При определении типологии общественных организаций нужно учесть то, что понятие „общественные организации” вообще очень часто связывает с тем, что определяется в политологии как „третий сектор”, т.е. негосударственными и некоммерческими о ...

С чем связан морфологический подход прогнозирования
Морфологический анализ связан с анализом структурных взаимосвязей между объектами, явлениями и концепциями [10]. Морфологический подход представляет собой упорядоченный способ рассмотрения различных возможностей будущих состояний и получе ...

Музыкальная социология в работах Т. Адорно
Теоретическую концепцию Т. Адорно, именно как концепцию, невозможно представить без социологических работ М.Вебера. Т. Адорно занимался философско-эстетическими проблемами современной музыки и занимался ими как крупнейший специалист-филос ...